Интервью с Я. Брандом
СЕКС БЕЗ РЕЦЕПТА
Сегодня у нас в гостях доктор медицинских наук, заведующий отделением кардиохирургии Института скорой помощи им. Склифосовского, лауреат государственной премии Яков Бениаминович Бранд.
СиМ: Яков Бениаминович, наш журнал, как Вы знаете, называется ?Секс и мы,? поэтому давайте говорить о сексе и о нас. Вы из Одессы, да? Расскажите, пожалуйста, о своем детстве. Почему вообще Вы решили стать врачом и кардиохирургом?
Я.Б.: А какое это имеет отношение к сексу?
СиМ: Это имеет отношение к жизни.
Я.Б.: Ах, это к жизни имеет отношение! Да, я родился в городе-герое Одессе. Когда мне было два месяца, меня увезли на Дальний Восток, потом я жил на Дальнем Востоке, потом на Волге. Потом, поскольку у меня родители были врачи и сестра врач, то помимо актерской карьеры (я же хотел стать актером) у меня был только один выбор - стать врачом. Вот, я им и стал.
СиМ: Расскажите, пожалуйста, о Вашей первой любви. Была ли она взаимной?
Я.Б.: Да. Она была очень взаимной и кончилась даже бракосочетанием.
СиМ: А первый поцелуй?
Я.Б.: Первый поцелуй? Какой поцелуй Вы имеете в виду?
СиМ: Я имею в виду любовь.
Я.Б.: Ну, первый поцелуй, пожалуй, произошел где-то классе в первом.
СиМ: А кто была она?
Я.Б.: Это была Леночка Михайлова - такая соученица у меня была. Я ее как сейчас помню: косички у нее были замечательные. Я к ней питал очень нежные чувства.
СиМ: Давайте вернемся к Одессе. Я знаю, что Вы работали на "скорой помощи". Расскажите, отличалась ли "скорая помощь" в Одессе от "скорой помощи" в Москве?
Я.Б.: Я не работал на "скорой помощи" в Москве, но, думаю, особых отличий, наверное, нет, кроме того, что… ну, может быть, я был молодой, и мне было очень весело. Потому что было очень много смешных случаев. Например, с нами работала одна пожилая доктор, которая перепутала машины, ночью села в чужую машину, такую же примерно, как наш "рафик", сказала: "Поехали!" - и водитель спросонья поехал. И мы ее потеряли и искали всю ночь. Это было, с одной стороны, как бы очень весело, но, с другой стороны, очень неприятно. В общем, у меня остались очень веселые и такие положительные воспоминания об одесской "скорой помощи".
СиМ: Случались ли у Вас служебные романы с коллегами или пациентками в те времена?
Я.Б.: Вопрос некорректный, отвечать не буду.
СиМ: Мы знаем огромное количество людей, в силу различных обстоятельств ушедших из медицины. Среди них и Ваш коллега Александр Розенбаум, бывший врач "скорой помощи", и Аркадий Арканов Что удержало Вас в этой тяжелейшей профессии в наши сложные времена?
Я.Б.: Вы знаете, было время, когда я тоже собирался уходить из хирургии, но был знак свыше. Когда я занимался бизнесом и этот бизнес потерял полностью, то я понял, что кто-то наверху не хочет, чтобы я уходил из профессии. Это было в 1994 году, я был достаточно успешным бизнесменом, и, в общем-то, мне времени уже не хватало и на то, и на другое. И я понял, что надо уходить, наверное. Но после 94-го года, когда этот мой бизнес, скажем так, "упал и разбился" по не зависящим от меня причинам, мысли уйти из медицины меня никогда не посещали.
СиМ: Следующий вопрос: а что удерживает Вас сейчас? Наверное, Вы уже на него ответили?
Я.Б.: Любовь. К профессии. Конечно, любовь.
СиМ: Тогда вопрос о сексе. Что должен делать пациент, чтобы подольше сохранить свое сексуальное здоровье? Достаточно ли для этого посещать регулярно уролога или что-то еще нужно делать?
Я.Б.: Вы знаете, я думаю, чтобы сохранить свое сексуальное здоровье, совершенно не обязательно посещать уролога регулярно, хотя урологи это очень любят и этим, собственно говоря, живут. Они все время рассказывают, что их нужно посещать, чтобы сохранить свое сексуальное здоровье. На самом деле, я думаю, что Богом дано человеку, то у него и есть. Есть люди, которые сохраняют сексуальное здоровье до 90 лет - я таких знаю. А есть люди, которые, в силу тех или иных причин, сексуального здоровья не имеют. Многие товарищи, которые занимаются этим, говорят, что надо чаще тренироваться, кто-то говорит, что надо заниматься спортом. Хотя, как мне кажется, спорт является формой сублимации для здоровых мужчин. Ну, в общем, я не знаю!
Надо быть сексуально здоровым, стараться! А вот если это по каким-то причинам не получается или что-то беспокоит, тогда надо идти либо к андрологам, либо к сексологам, либо к урологам, понять, что с тобой происходит и по этому поводу принимать уже какие-то меры. Просто так сложилось в мире и в нашей стране, что все мужчины считают, что они должны быть половыми гигантами до 70-ти лет. Но каждый возраст имеет свой сексуально здоровый ритм и функцию. То есть не может человек в 70 лет осуществлять то, что он осуществлял в 25 - я думаю, это исключено.
СиМ: Почему так получается, что практически все врачи - больные люди. Как может такое происходить у людей, которые знают все о том, что нужно делать, чтобы быть здоровыми. Более того, они могут проходить всевозможные обследования "без отрыва от производства". Как после этого можно верить такому врачу? Ведь это все равно, что сапожник без сапог.
Я.Б.: Ну, во-первых, не все врачи - больные люди. Особенно популяция современных молодых докторов, они, по-моему, больше уделяют внимания своему здоровью, нежели здоровью пациентов - у меня сложилось такое ощущение. Во-вторых, потому что у них изматывающий режим работы, если человек действительно отдается работе врачебной: дежурства, бессонные ночи… там, где бессонные ночи, беспорядочная еда, не говоря уже обо всем остальном. Это стрессы, это эмоциональное напряжение, которое вызывает, в свою очередь, всякие другие "штуки-дрюки", которые тоже на пользу здоровью не идут. Отсюда появляется гипертоническая болезнь и так далее, и так далее, и так далее, и так далее. Поэтому, я думаю, что, к сожалению, если врач работает по-настоящему врачом, то нужно быть очень педантичным и очень умным, чтобы соблюдать все то, что он рекомендует своим пациентам, и быть более или менее здоровым. К сожалению, это так.
СиМ: Следующий вопрос от Георгия Сергеевича Кротовского персонально. Не мешает ли лишний вес в сексе?
Я.Б.: Думаю, мешает. По крайней мере, в принятии некоторых позиций - не очень удобно, во-первых. Во-вторых, партнерше может быть неудобно, поэтому есть некоторые, так сказать, позиционные ограничения. Лично для Кротовского передайте, что в его возрасте такие вопросы пора уже не задавать. Может, он просто забыл?
СиМ: Еще вопрос о сексе. Когда можно начинать говорить о сексе с ребенком? И когда продолжать? Кто должен говорить - папа или мама? Как было у Вас?
Я.Б.: Не было никак. Вернее, было так, что папа мой, дерматовенеролог, покойный, мне всегда рассказывал, что беспорядочные половые связи ведут к венерическим заболеваниям, и это вызвало венерофобию, то есть боязнь заразиться венерическими заболеваниями, которая есть у меня до сих пор. Что, к сожалению, не пошло мне на пользу, или к счастью, не знаю, то есть это не очень ограничивало меня в жизни. Ни о каких сексуальных изысках или правилах покорения женщин, или как надо вести себя в сексе - таких бесед со мной никто никогда не вел. Это в мое время было совершенно не принято обсуждать. Самые интимные знания о сексе мы получали во дворе, и, я думаю, это так и по сей день происходит, по крайней мере, в России. Разговаривать с детьми о сексе надо, я думаю, в то время, когда у них появляются первые признаки полового созревания, если они задают вопросы. Смешно трехлетнему ребенку объяснять, что такое секс и как с ним бороться, да? А в пубертантный период, то есть в период полового созревания, наверное, если ребенка что-нибудь интересует, надо с ним разговаривать. С сыном, наверное, должен разговаривать отец, а с дочерью, наверное, должна разговаривать мать, я так думаю. Как это делать? Ну, я думаю, спокойно. Современные дети при нынешнем потоке информации в Интернете и количестве сериалов - полупорнографических, - я думаю, очень быстро все узнают. Поэтому с ними можно спокойно разговаривать.
СиМ: А в Вашей семье были табуированные темы? Советуется ли сын с Вами по вопросам любви, отношений с девушками и секса?
Я.Б.: Табуированные темы? В совсем юные годы была одна табуированная тема: советская власть и ее критика. Когда я стал повзрослее и стал понимать, что можно говорить в школе, а что нельзя, эта тема тоже "снялась". А так, особо нет. Поскольку у меня все-таки была врачебная семья, то никаких особых табу не было.
Мой сын со мной не советуется, не обсуждает своих сексуальных достижений, но я просто иногда ему подсказываю, как себя надо вести и что надо с собой взять в путешествие, если они едут куда-то большой компанией.
СиМ: Он врач?
Я.Б.: Он врач, он закончил Первый Мед, и работает неврологом.
СиМ: Можете ли вы представить себе ситуацию, чтобы вы обсуждали с Вашим уже взрослым сыном свою сексуальную жизнь? Или родители - это святое, и понятие "секс" с ними не должно быть связано?
Я.Б.: Если мы говорим о том, что окружает секс: ухаживания конфетно-букетного периода, влюбленность и прочее - это можно обсуждать с сыном. А что касается конкретных поз, позиций, сколько раз, как и с кем, я думаю, что все-таки это родители с детьми обсуждать не должны. Я не могу, может быть, сформулировать почему, но я уверен, что и дети с родителями это тоже не должны обсуждать, если они считают, что у них все в порядке. А если не в порядке, тогда они должны спросить, там: "Папа (или мама), а как ты считаешь, мой муж ко мне пристает 36 раз за ночь, это нормально? Тогда мама может посоветовать, например, поменять позу или поменять партнера и т.д., но только в ответ на вопрос, мне кажется. Потому что все-таки я так воспитан, что должна быть граница между отцами и детьми, а секс - это то, что эту границу разрушает, если так откровенно о нем говорить.
СиМ: Вы делаете своим больным уникальные операции на сердце. Можно ли после этого вести половую жизнь?
Я.Б.: После того, как я делаю операцию? Да. Или Вы имеете в виду пациентов?
СиМ: Конечно, я имею в виду пациентов.
Я.Б.: Разумеется, можно. Не только можно, но и более того, они с удовольствием это делают, потому что одна из проблем, которая заставляет мужчин молодого трудоспособного возраста обратиться к кардиохирургу - это ограничения в сексе, например, при ишемической болезни сердца, поскольку секс - это достаточная физическая нагрузка. Кроме того, они в плановом порядке получают лечение, которое тоже влияет на потенцию. А во-вторых, страх испытать эту боль тоже влияет на потенцию. Поэтому одним из основных факторов, который приводят молодых мужчин к кардиохирургу - это их и их жен сексуальная жизнь. После операции приступают к гетеросексуальной жизни с таким удовольствием, что иногда их надо останавливать.
СиМ: В настоящее время известны препараты, реально позволяющие пациентам с серьезными сексуальными нарушениями вести половую жизнь. Но цена на них для большинства наших людей, российских, нереальна. Мы с Вами знаем, что в Германии, например, Виагра включена в "социальный пакет". Как Вы считаете: возможность вести половую жизнь - это роскошь или жизненная необходимость?
Я.Б.: Понимаете, вопрос, опять же, некорректный, но на этот некорректный вопрос я отвечу. Почему он некорректен? Потому что в нашей стране роскошь позволительна только власть придержащим или очень богатым людям. И они совершенно не думают о том, что, например, у шоферов, у пилотов, ну, не буду сейчас перечислять, но у достаточно больших групп населения имеются проблемы, реальные проблемы, связанные с ухудшением половой функции. И ведь тут дело даже не в удовольствии, которое человек, в общем, тоже имеет полное право получать (это одно из тех немногих удовольствий, которое, в общем, не так дорого стоит). А дело в том, что еще надо и детей делать и рожать. А с этим иногда есть проблемы, и поэтому, конечно, нужны определенные препараты. И если они стоят столько, сколько у него зарплата, или половину его зарплаты, то, я думаю, что для него это непозволительная роскошь.
Поэтому, естественно, было бы правильно, если бы эти препараты хотя бы частично покрывались страховкой или социальным пакетом. Кроме того, они должны отпускаться только по рецепту врача, исходя из того, что я Вам сказал, что очень многие люди, испытывающие проблемы с сексуальной функцией на фоне влечения, особенно имеющие атеросклероз коронарных артерий или гипертоническую болезнь, атеросклероз сонных артерий и так далее, обязаны получить данные препараты по рецепту врача. Тогда их можно включать и в социальный пакет, не только можно, но и нужно.
СиМ: В настоящее время есть такая тенденция в урологии, в андрологии, что пациент должен сам себе выбрать препарат из трех известных препаратов - Виагра, Сиалис и Левитра. То есть врач должен объяснить действие и продолжительность каждого из препаратов и предоставить пациенту выбор. Сказать: "Вы можете сами выбрать себе препарат по действию, по продолжительности". По-вашему, это правильно?
Я.Б.: Вы знаете, я не специалист в области андрологии и сексологии, поэтому не могу Вам ответить. Я единственно что могу сказать, это я точно знаю: при приеме этих препаратов нужно обращаться к врачу, который назначит препарат, исходя из общего статуса здоровья пациента. Какой препарат конкретно? Ну, я думаю, что пациент должен попробовать каждый и применять то, что ему подходит. Это зависит не только от самого препарата. Эти препараты во многом влияют на эмоциональный фон пациента или зависят от эмоционального фона, зависят от сексуальной возбудимости человека. На кого-то больше действует один препарат, на кого-то другой. Поэтому я думаю, что человек действительно сам должен выбрать себе препарат, а врач должен только рекомендовать.
СиМ: Как Вы относитесь к рекламе таких лекарств и лекарств вообще? И как, по Вашему мнению: может ли человек пойти и купить себе тот или иной препарат? Кто должен подбирать дозировку и тип препарата: терапевт, уролог, они вместе или сам пациент?
Я.Б.: Если это безрецептурные препараты от насморка или ангины - то есть даже от ангины нет - от насморка, от простуды и т.д., тогда, пожалуйста. Наверное, их можно рекламировать. Что касается рекламы лекарств, повышающих потенцию - серьезных лекарств, то они должны быть рецептурными, а реклама рецептурных лекарств по закону запрещена. Если же это реклама всяких псевдолекарств, которые "серьезно" повышают потенцию, вы понимаете, у здоровых пациентов, то это другое дело. Если привязать корень женьшеня к определенному месту, то тоже поможет. Я, правда, не знаю, сколько надо выпить женьшеня, чтобы помогло человеку, у которого есть серьезные сосудистые нарушения. Можно еще скакать на Золотом Коньке и так далее. Это не помогает. Реальные лекарства, которые повышают потенцию, или, например, серьезные кардиотропные препараты, то есть препараты, которые прямо влияют на сердечную деятельность, также должны предоставляться пациентам только по рецепту.
(Интервью взял П. Носовицкий)
Редакция благодарит нашего близкого друга за откровенность и желает больших творческих успехов и скорейшего счастья в напряженной личной жизни.
|
